Шкатулка царицы Клеопатры - Страница 39


К оглавлению

39

Он опасливо покосился на окна. Некоторые из них были настежь распахнуты, но занавески защищали дом не только от комаров, но и от любопытных глаз соседей. Не разглядеть ничего.

- Может, лучше позвать кого-нибудь из дома? - осторожно поинтересовался он обстановкой. - Чем хозяин сейчас занят?

- Вы о дяде Косте? - уточнила Люба. - Он закрылся у себя в мастерской и до позднего вечера не выйдет. Дядя Костя работает над важным изобретением. Потому и спрятался от всех людей, а особенно от нас, детей.

- Угу, понятно. А другие взрослые в доме есть?

- Есть, - простодушно подтвердила девочка, - но они сейчас не в доме. Бабушка с мамой ушли в баню мыться. А мои брат и сестра - они вредные! Если и услышат - не помогут. Но они не слушают вовсе, потому что сидят в своих комнатах в наушниках. Пашка в компьютер пялится, а Поля музыку врубила. Я один нормальный ребёнок в нашей семье. Так бабушка говорит.

Сергей выдохнул с некоторым облегчением, отбросил в сторону сумку, перемахнул через заборчик, отделяющий землевладение дяди Кости от дачной улицы, обхватил руками ствол рябины и, как по канату, полез вверх по дереву. Если взрослых в доме нет, то он без труда доползёт до котёнка, снимет его с ветки и успеет удалиться с временно запретной для него территории незамеченным.

«А дядя Костя... Это хорошо, что он сегодня чем-то там занят и спрятался от людей. Это очень хорошо!» - порадовался Сергей, а вслух между тем полюбопытствовал:

- Что ж ваши мама и бабушка вас троих с собой в баню не взяли? Или вы ещё маленькие для водных процедур, а?

Люба быстро-быстро замотала головой, отчего её косички замелькали в воздухе:

- Нет, не маленькие. Но у нас очередь. Меня с Пашкой ещё не приглашали. В бане пока горячо даже для взрослых. Но Польку уже попарили, потому что моя сестра провинилась. Она до этого искупнулась в холодной реке. Мама сильно ругалась, отшлёпала её вениками и пообещала запереть Полину в её комнате до конца недели. Вот Поля и сидит сейчас у себя, ногти красит и на мои просьбы не реагирует. Может, обиделась. Может, маму боится.

- У-у-у! Строгая у вас мама, однако. Я бы тоже её боялся, если бы она решила побить меня вениками.

Оценив шутку дяди Серёжи, Люба вновь звонко засмеялась:

- Да нет, у нас мама нестрогая! Это мы от рук отбились и её огорчаем. Так бабушка говорит.

- Бабушку надо слушаться...

Сергей почти дотянулся до ветки с котёнком, но поймать «усатого» так и не смог. Малыш, словно издеваясь, мяукая и дрожа всем телом, по мере приближения своего спасителя, отползал от него всё дальше и дальше. А тонкий ствол рябины начинал раскачиваться всё больше и больше.

Сергей дал мышцам рук десятисекундную передышку и осторожно полез выше.

- А ваша мама дяде Косте кем приходится? - продолжил он нехитрый допрос ребёнка. «Выяснять обстановку так выяснять». - Как вы оказались на его даче? Она его подруга? Или коллега по работе? И он пригласил вас здесь отдохнуть несколько дней?

Люба задумалась на мгновение над значением слова «подруга». Вот у неё подружки в садике - это подружки. И ходят вместе везде, и играют. А мама и дядя Костя не только не играют вместе, но чаще и не видятся.

- Нет, не подруга, - уверенно возразила она. - Это дядя Костя мамин брат. А дача у нас общая.

- А-а-а! Брат. Вы, значит, ему племянниками будете?.. Да что ж ты уползаешь от меня, несчастный? Иди сюда, кому сказали?!

Сергей, усевшись в развилке дерева и держась одной рукой за его раскачивающуюся макушку, другой рукой подтянулся к котёнку и ухватил того за задние лапы.

Перепуганный кот истошно заорал и крепче вцепился когтями в молодую древесину. Услышав эту «песню», Кнопка вдруг резко подскочила на задние лапы и принялась громко лаять.

Люба от страха закрыла глаза руками:

- Ой, мамочки! Сейчас упадут! - прошептала она.

И её пророчество исполнилось. Ведь Полина собралась наконец-то выяснить, отчего их собака никак не уймётся. Девушка подошла к окну и отдёрнула занавески. Прямо напротив её окна, словно птица не ветке, сидел здоровый мужчина и с такими же испуганными глазами, как у самой Полины, смотрел прямо на неё.

Полина заверещала, что было сил. А Сергей, неожиданно для себя потеряв равновесие, ломая тонкие ветки и мысленно прощаясь с белым светом, полетел вместе со спасённым им котёнком вниз, в траву, и раскиданные там садовые инструменты.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Не было бы счастья, да несчастье помогло


«Что стоишь, качаясь, тонкая рябина... - откуда-то из глубины памяти вдруг всплыла строчка из песни, немного разбавляя царившую в голове тишину. - Красивая мелодия. Или вот эта: Старый клён, старый клён постучал ко мне в окно...».

- Иди сюда, безобразник! Глянь, что ты натворил? Ты убил своего спасителя! Сейчас придёт мама и нам с тобой крупно достанется! Чучело-мяучело!

«Чучело-мяучело на трубе сидело... Да, такую песню я тоже помню. Весёлая. А почему кто-то плачет? Разве я умер?..».

- Батюшки мои!!! Да это не дети - это ходячая катастрофа какая-то! Хуже, чем землетрясение и потоп вместе взятые! - воскликнула Анна Борисовна, хватаясь за сердце. - Вас на минуту оставить одних нельзя! На секунду! На долю секунды!!!

- Мама, не кричи, мне кажется, он дышит! - с робкой надеждой в голосе, произнесла Мария. - Надо подойти ближе и убедиться в этом.

Прибежавшие на крик Полины женщины и даже оставивший ради такого случая компьютер Павел одновременно подошли к Сергею, не зная, что предпринять и как объяснить друг другу это бессознательное тело под парадными окнами своего дома.

- Я думаю, это парашютист, и у него была неудачная посадка рядом с нами, - авторитетно заключил Павел. - Точнее, нет. Не парашютист, иначе его парашют тоже был бы здесь. Это лётчик. У него загорелся самолёт, и он был вынужден катапультироваться без парашюта. На счастье наше дерево затормозило его посадку, иначе бы всё - лаваш.

39